Единственный выживший в авиакатастрофе рассказал о разрушенной психике
Вишваш Кумар Рамеш оказался единственным выжившим в крушении самолета Air India 12 июня в западной Индии. Теперь ему трудно выйти из собственной спальни из-за воспоминаний, которые «сломали» его психику. Об этом пишет британское издание The Telegraph.
«Бог дал мне жизнь, но отнял у меня все счастье… Он полностью разрушил мою семью», — рассказал Рамеш журналистам во время одного из редких интервью в собственном доме в британском Лестере.
По его словам, даже спустя четыре месяца после трагедии его все еще «постоянно мучают воспоминания». Из-за них он спит всего «три-четыре часа» каждую ночь, а обсуждать произошедшее для него все еще очень болезненно.
«Я потерял брата, я сломлен. Мы все были счастливы, наслаждались жизнью. Мой брат был моей силой, он был всем для меня. А теперь? Мы сломлены, мне не хочется ни с кем разговаривать», — сказал он. «Я в своей комнате, один. Не люблю много говорить… Каждый день мне тяжело», — добавил выживший.
Родные Рамеша, по его словам, находятся в таком же состоянии. «Моя мать, отец и мой младший брат были полностью сломлены — и морально, и физически», — рассказал он, добавив, что не обсуждает случившееся с родственниками.
В результате крушения вскоре после взлета самолета Boeing 787 Dreamliner из 242 человек, находившихся на борту, погибли все, включая брата Рамеша, но не он сам. На земле жертвами авиакатастрофы стали еще 19 человек.
Кадры, на которых видно, как 39-летний Рамеш, шатаясь, босиком и весь в крови, выбирается из-под обломков, облетели весь мир. Как сообщалось, он сидел на месте 11А и сумел выбраться через отверстие в фюзеляже, образовавшееся в результате удара о землю.
Теперь жизнь Рамеша разрушена, а Air India бросила его на произвол судьбы и «прячется за адвокатами», заявил журналистам его представитель Радд Сейгер. По его словам, авиакомпания отклонила три запроса на встречу с Рамешем для обсуждения надлежащей компенсации за его психологические и физические травмы. При этом Сейгер подчеркивает, что Рамеш не добивается конкретной суммы компенсации, а просто «хочет поговорить».
В свою очередь, в Air India заявили, что «глубоко осознают» ответственность за оказание Рамешу поддержки «в этот, должно быть, невообразимый период».
